Я есть

Когда Нэдзуко приближается к городу, её мысли уносятся назад, к последней ночи её семьи, когда Мудзан вторгся в их дом и впрыснул каждому из них свою кровь в провалившейся попытке создать демона, неуязвимого к солнечному свету. Вспоминая его холодность и горе Танджиро, она затем проносится сквозь тёплые воспоминания о Гию, Урокодаки, Тамайо, Юширо, Дзенитсу, Иноскэ, Столпах, девочках Поместья Бабочки, кузнецах мечей и многих других, кто сформировал её путь. Вообразив, как Танджиро тянется к ней, она в мыслях берёт его за руку и вспоминает его обещание спасти её, а затем полностью возвращает себе человеческое тело и называет своё имя.

На поле боя Мудзан чувствует, что тяжело раненные Столпы всё ещё живы и их лечат, чтобы они снова сражались. Он уподобляет Корпус бусинам чёток и дракону, обвивающемуся вокруг него. Когда его попытка расщепить тело проваливается, он заключает, что снадобье Тамайо также блокирует деление, но её дух поправляет его.

Глава продолжает второй этап войны против Мудзана. Нэдзуко вновь обретает свою человечность, пережив заново потерю семьи и узы, что она завязала после.

За тридцать пять минут до рассвета Мудзан раскрывает ещё два эффекта яда Тамайо. Он больше не может расщепить себя на части, как некогда делал, чтобы сбежать от Ёриити, и как только первые три стадии ослабят его достаточно, финальная стадия начинает разрушать его клетки. Дух Тамайо открывает, что у снадобья было всего четыре части, насмехаясь над ним смертью, которой он всегда страшился.

Во время воспоминаний Нэдзуко она представляет, как Синобу показывает ей золотую рыбку, увлечение, связанное с Дзенитсу, который однажды без позволения принёс ей аквариум с золотой рыбкой во время их Реабилитационной тренировки и после был отчитан Аои.

Глава заканчивается тем, что Мудзан начинает кашлять кровью, когда финальная стадия яда вступает в силу. Она является частью арки «Обратный отсчёт до рассвета».