Хастур

Среди кур‑осьминогов Хастур выбивается из общего ряда своих сородичей. Его голова непропорционально велика, лоб пересечен заметными венами, а над крошечным ртом плотно сомкнуты два выпуклых глаза. Если большинство представителей его расы обладают более короткими конечностями, то щупальца Хастура тоньше и намного длиннее, придавая ему облик скорее медузы, чем осьминога, на которого похожи его собратья.

Его определяет жадность. Хастур относится ко всему, что попадает ему на пути, как к своему законному достоянию: хватает всё, что только возбуждает его интерес, и яростно отвечает, когда кто‑то разрушает то, что он уже присвоил. Он ведёт кампанию своего народа по завоеванию планет, которую преподносит как охоту, проявляя холодную и жестокую решимость. После того как Банга помогла Баморе бежать из Шумера, он поклялся преследовать ребёнка по всей Вселенной и увенчать шумерскую пирамиду её отрубленной головой. Он без колебаний использует и психологическую жестокость как оружие, будучи уверен, что пытки Аджи на глазах у Банги заставят её открыть портал на Землю. Убеждённый в превосходстве своей расы над всеми остальными, он считает всю галактическую жизнь низшими формами жизни и недоумевает перед лицом сопротивления, не понимая, почему Кинта продолжает восстанавливать свой меха, даже когда Хастур уже разрушил пилотский модуль. Несмотря на своё презрение, он обладает чутким чутьём на подлинную силу, что питает его страсть к созданию мощных экзоскелетов из самых грозных противников.

На протяжении более ста лет Хастур руководил целой серией завоевательных походов кур по Вселенной, включая нападение на родную планету инопланетянина, который впоследствии стал его правой рукой. Во время нападения на Шумер его отряд застал Бангу, направлявшую энергию шумерской пирамиды, чтобы отправить последнюю оставшуюся в живых шумерскую девочку, Бамору, на Землю. Поняв, что лишь шумер может активировать портал, он пригрозил замучить её напарницу Аджу, если она не отправит команду в погоню за беглянкой.

Достигнув Земли, Авангардная единица разгромила серпоианцев и захватила их данные и технологии, в том числе информацию о кинтаме Окаруна, а сигнал с экзоскелета Баморы, сработавший из‑за Дзидзи, устремил их дальше. Позже Хастур поразил Окаруна силой своего скафандра, способной резать пространство, чтобы извлечь кинтаму в качестве источника энергии для вызова основного флота, но был вынужден отступить из‑за вмешательства Мантисиана. Спустя несколько дней единица открыла варп‑ворота для подходящих боевых кораблей, и Хастур вместе с реактивным куром и Та Кошин Джо вступил в бой с Момо, Рокуро и Баморой. Он вырвал Бамору из её скафандра и провёл по ней своим хвостом, после чего принял удар от Момо, чей луч Moe Moe Tri-Beam сравнялся с его психической атакой и выявил в ней настоящую угрозу.

Когда Момо заманила его, заставив изгнать её в собственное измерение, её луч, пронзающий измерения, разорвал его скафандр изнутри, а Окарун довершил дело зарядным ударом. Разъярённый Хастур захватил экзоскелет Баморы и перевёл его в режим «Резни», но столкнулся с Кинтой, построившей меха из нанокожи дома Аясэ. Их поединок двух башен, Токийской башни против Токийского небесного дерева, завершился тем, что Кинта и Бамора тайно вскочили ему на спину и исполнили свирепый павербол. Когда скафандр окончательно вышел из строя, Хастур еле выбрался на свободу, и, поскольку его сородичи не могут выжить без защиты в условиях чужой гравитации, он почти наверняка погиб вскоре после этого.